ОБРАЩЕНИЕ


Председателю Сената Республики Узбекистан

господину Илгизару Собирову


Премьер-министру Республики Узбекистан

господину Шавкату Мирзияеву


Мы, нижеподписавшиеся представители гражданского общества Узбекистана, обращаемся к Вам по поводу привлечения на сельхоз работы с отрывом от учебы учащихся школ, лицеев и колледжей, а также студентов высших учебных заведений (Вузов).

Отрадно, что с началом бойкота на покупку узбекского хлопка рядом известных зарубежных фирм, как Tesco, Walmart, Target, Levi Strauss, Gap, Limited Brands and Marks and Spencer, H & M Узбекистан в первой половине 2008 года ратифицировал два документа ООН по детскому труду: Конвенций МОТ №138 «О минимальном возрасте для приема на работу» и ООН №182 «О запрещении и немедленных мерах по искоренению наихудших форм детского труда».

Вам хорошо известно, что несмотря на ратификацию данных международных документов в Узбекистане по-прежнему используется принудительный детский труд. 

Продолжается принудительное привлечение школьников 12-16 летнего возраста к сельскохозяйственным работам. По разным независимым оценкам от 1,6 до 2,5 миллионов детей в возрасте от десяти до пятнадцати лет, а также десятки тысяч студентов и гос служащих ежегодно по два осенних месяца в принудительном порядке привлекаются к обработке хлопчатника и сбору хлопка.

За этот период привлеченные на сельхоз работы учащиеся школ, лицеев и колледжей, а также студенты Вузов полностью отрываются от учебы, и дети под присмотром учителей собирают хлопок без выходных, с 7 часов утра до 7 часов вечера. Они трудятся на полях, обработанных ядохимикатами, используемыми для уничтожения листьев хлопчатника.

Никто не спрашивает детей и их родителей, хотят ли дети работать на полях в ужасающих условиях: под палящем солнцем, крайне скудной пище, полной антисанитарии в местах ночлега, а за невыполнение установленной нормы сбора хлопка - публичного унижения или физической порки.

Ситуация с религиозными заключенными в Узбекистане многим известна. Но мы хотели бы рассмотреть эту проблему с другой стороны - как живут семьи таких заключенных, с какими проблемами сталкиваются их близкие – жены, дети и родители. Нарисовалась картина, где можно увидеть, насколько плачевно их положение. Это, в первую очередь, материальная сторона. И решить эту проблему, как оказалось, нелегко.

Женщина-мусульманка редко выходит в свет, ее с детства приучают любить свой дом, рожать и растить детей, угождать родственникам мужа и зарабатывать тем самым довольство мужа - самое Богоугодное дело. Получение образования, профессии кажется не таким важным аспектом жизни. Мы не хотим вести дискуссию на тему того, что правильно и что неправильно по Исламу. Только что же делать женщине, которая осталась вдруг без мужа-кормильца, без образования, профессии и навыков жизни в обществе, где она живет.

Если учесть, что общество отворачивается от нее, как от прокаженного, ставя на ней клеймо: жена террориста, «вахаббиста» и т.д. Махаллинские комитеты зорко следят за такими женами: кто к ней приходит, чем она занимается, работает ли.[1] Информация собирается от соседей. Ее вызывают каждые 15 дней в махаллинский комитет, где она пишет объяснительные показания, что не состоит в какой-либо религиозной секте.